Бывший чемпион Европы Кевин Леле Саджо был назначен обязательным претендентом на титул для нынешнего обладателя пояса в суперсреднем весе, Каллума Симпсона. Это произошло, несмотря на то, что Саджо ранее в прошлом месяце согласился участвовать в отборочном поединке по версии IBF.
Напомним, что Саджо отказался от своего титула EBU в начале этого года. Это позволило Каллуму Симпсону, чей рекорд составляет 18 побед (13 нокаутом), завоевать вакантный сине-золотой пояс, одержав впечатляющую победу техническим нокаутом в десятом раунде над Иваном Цукко.
Эффектное завершение боя в исполнении Симпсона состоялось ранее в этом месяце на стадионе «Оукуэлл» – домашней арене футбольного клуба «Барнсли». 28-летний боксер продемонстрировал характер, дважды поднимаясь с канваса, прежде чем мощно завершить поединок.
С момента завоевания титула ближайшие карьерные планы Симпсона оставались неопределенными. Между тем, недавнее обновление рейтингов IBF показало его подъем на пятую строчку на прошлой неделе.
Кевин Леле Саджо, напротив, опустился на восемь позиций, заняв 11-е место. Это, возможно, ставит под угрозу его отборочный бой против Олейса Иглесиаса, запланированный по версии IBF.
Ранее казалось вероятным, что Саджо и Иглесиас встретятся позже в этом году за право стать обязательным претендентом по версии IBF. Санкционирующий орган подтвердил в конце прошлого месяца, что оба бойца приняли этот поединок.
Однако, как ни странно, менеджер Симпсона, Кевин Мари, сообщил, что Саджо теперь является обязательным претендентом по версии EBU в весовой категории до 168 фунтов (76,2 кг).
Несмотря на то, что на официальном сайте EBU указано, что стороны ведут переговоры, Мари также уточнил, что обсуждения потенциального поединка между Симпсоном и Саджо еще не начинались.
В любом случае, боксер из Барнсли планирует провести добровольную защиту своего титула. Подробности его следующего боя, вероятно, будут обсуждаться более предметно по его возвращении из отпуска в Лас-Вегасе.
Ситуация с возможным отборочным боем по версии IBF между Иглесиасом и Саджо остается не до конца ясной.
Захар Волжин